Главная / Образование / Воскресное Евангелие / Неделя 18-я по Пятидесятнице. О добродетели, которая уподобляет нас Богу

Неделя 18-я по Пятидесятнице. О добродетели, которая уподобляет нас Богу

( от Луки, 26 зачало, глава VI, стихи 31-36)

И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними.  И если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? ибо и грешники любящих их любят. И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? ибо и грешники то же делают. И если взаймы даете тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же. Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым. Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд.

«Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (ст. 31). В этих немногих словах Спасителя – в одной фразе – заключается великий нравственный принцип, мерило, заложенное в каждом человеке, применяя которое христианин сможет относиться к ближним так, как того желает Господь , как требуют от нас Бог и наша совесть. Эта заповедь дана нам в связи с тем, что естественное чувство любви, дарованное людям при сотворении, после грехопадения было утрачено. До этого не нужны были никакие законы, учения, внешние наставления, благодать действовала в душе первозданного человека, и он естественно, без какого бы то ни было понуждения, в определенном смысле даже без всякого рассуждения, правильно относился к себе подобным. Первым людям – Адаму и Еве – была дана одна простая заповедь: не вкушать от древа познания добра и зла. Это говорит не о том, что от них ничего больше не требовалось, а о том, что они знали все остальные нравственного закона, который находился в их душе, и не нуждались в напоминании о них. Когда же люди согрешили и отпали от благодати, этот нравственный закон, начертанный в людских сердцах, постепенно стал изглаживаться. Первые люди еще руководствовались устным преданием, наставлениями прародителя Адама о праведной, богоугодной жизни, но мало-помалу и устное предание стало забываться, и тогда понадобилось напоминание свыше.

Сначала это были откровения некоторым праведникам, которые учили своих близких и тех, кто находился под их влиянием и властью, потом эти откровения были записаны. Они не являются чем-то внешним, дополнительным, искусственно привитым человеческому естеству, но напоминают о том, что некогда было заложено в человеке. После падения человека нравственный закон не исчез из его души полностью, а лишь исказился. И поныне в каждом человеке есть совесть – отголосок естественного, благого состояния, в котором пребывали люди до падения.

Но наконец человек до такой степени потерял всякое представление о нравственности, о правильном отношении к себе подобным, что понадобилось дать ему некий принцип, который бы позволил и совершенно несведущему, чуждому нравственности и любви человеку понять, что же от него требуется. Поскольку сердце человека безмолвствовало и стало окаменевшим, этот принцип был дан уже через разум, и Господь изобразил его в этих немногих словах: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними». Даже самый черствый человек постепенно приобретет навык к любви, если будет стараться применять этот принцип, и тогда благодать Божия сойдет в его сердце и сделает это чувство в нем естественным. Он сможет относиться к ближним с любовью уже без понуждения, просто и легко, даже не нуждаясь в напоминании, ибо не сможет поступить иначе. Святитель говорит, что если бы мы достигли состояния, которого от нас требует Евангелие, то нам был бы не нужен письменный закон – . Но ныне, не имея того, что должны иметь, не зная опытно, что такое любовь, мы обязаны пользоваться нравоучением Господа Иисуса Христа о правильном отношении к людям, этим принципом, выраженным в простой, ясной форме: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними». Бывает, что люди обходятся с ближними даже хуже, чем те с ними. Встречаются и неблагодарность, и зависть, и беспричинная ненависть. Ветхий завет требовал от человека, чтобы он поступал с ближним хотя бы так, как ближний поступает с ним, дав заповедь «око за око и зуб за зуб» (Лев. 24, 20). Этим предписывается не мстить, но не причинять человеку боль, не причинять ему больше зла, чем он причинил нам. К сожалению, в наше время даже среди христиан часто преобладают чувства, которые должен был искоренить еще Моисеев закон, – желание причинить человеку зла больше, чем он сделал нам. Ветхий Завет ограничил распространение зла принципом «как с вами поступают люди, так и вы поступайте с ними», а Новый Завет требует, чтобы мы относились к людям так, как хотим, чтоб они обходились с нами.

Читайте также:  Неделя третья по Пятидесятнице. Никто не может служить двум господам

Далее показывает обычные человеческие отношения. «Если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? ибо и грешники любящих их любят» (ст. 32). То, что мы воздаем человеку должное, не означает, что мы праведники или нравственные люди: так делают и грешники. Это совершенно естественно, в этом нет никакой праведности и святости; мы не понуждали себя и поэтому не получим от Бога благодати, или, как сказано по-русски, – благодарности, за поведение, которое ничем не отличается от поведения грешников. «Если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? ибо и грешники то же делают» (ст. 33). Как я уже говорил, мы часто отвечаем злом и на добро, а требует, чтоб не только тем, кто делает нам добро, мы платили взаимностью, но больше того: чтобы и тем, кто относится к нам безразлично и даже враждебно, мы делали добро.

«Если взаймы даете тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтоб получить обратно столько же» (ст. 34). Речь идет не только о собственно одолжении денег. Когда мы кому-либо оказываем одолжение в любом отношении, например, помогаем в чем-нибудь, то ждем в ответ взаимного доброго расположения, хотя бы благодарности, что, конечно, уже является некоторой отдачей долга. Но это свойственно даже совершенно грешным людям, совсем не заботящимся о чистоте своей совести, а мы не должны ничего ждать в ответ.

«Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым» (ст. 35). Конечно, очень трудно полюбить врагов, кажется – почти невозможно, но если мы не будем себя понуждать, заставлять, то даже теоретически не приблизимся к заповеди о любви. Может быть, у нас нет в душе, в сердце того чувства, которого требует от нас Евангелие – любви к врагам, но, по крайней мере, будем делать им то, что делал бы человек, любящий их, будем относиться к врагам так, как хотели бы, чтобы они относились к нам. Через это понуждение постепенно и будет вырабатываться в нас навык к любви. Более того, в наше сердце сойдет Божия благодать, о которой упоминает Спаситель в Евангелии, говоря: «Кая вам благодать есть?» (Лк. 6, 32). «Благодать» – слово славянское, оно переводится как «благой дар» или «благодарность».

Читайте также:  Братья Господни

Исполняя эту заповедь, мы получаем благодарность, но не от людей, а от Бога. Таким образом мы научимся быть любвеобильными, быть праведниками на деле. «Награду великую» надо понимать не в приземленном смысле (допустим, будто отдавая в долг деньги, мы получим больше, увеличится наше состояние). Подобное не исключено, но это было бы слишком маленькой наградой, не великой, а обыкновенной и даже, можно сказать, ничтожной. Великая же награда состоит в действии благодати в нашей душе, благодати такой обильной, что Спаситель называет людей, ее получивших, сынами Всевышнего, потому что кроме любви человек не может стать подобным Богу ни в каком другом отношении. Если Бог захочет, Он может дать человеку дар пророчества или чудотворения, но искать этого не нужно, такие дарования – удел избранников, они даются людям промыслительно, по большей части для того, чтобы они приносили пользу другим. Однако каждый человек обязан искать любви и ею уподобляться Богу. Понуждая себя к этому, мы становимся сынами Всевышнего, то есть становимся подобны Ему, как дети подобны отцу, и как бы заново рождаемся от Бога, живем новой жизнью, доселе нам неизвестной.

«Ибо Он благ к неблагодарным и злым». Господь милостив ко всем, неблагодарным по отношению к Нему и злым людям (к которым, быть может, принадлежим и мы). Потому, чувствуя по отношению к себе Божие милосердие, мы должны так же относиться к ближним. Сами по себе мы не можем сделать никому ничего доброго: ни Богу принести никакого дара, потому что Он не нуждается в нем, ни людям ничем помочь. Господь может всем даровать всевозможные земные и небесные блага, но Он не делает этого для того, чтобы мы имели возможность проявить любовь к подобным нам людям, нуждающимся в материальной и духовной помощи. Бог предоставляет нам такую возможность, и мы обязаны ею воспользоваться.

«Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд» (ст. 36). Если обычно всевозможные образы, используемые Священным Писанием, описывают совершенства Божии для того, чтобы человек уподоблялся Богу и устремлялся к Нему, то здесь ради того, чтобы нам было понятнее и мы почувствовали, в чем состоит благость Божия, наоборот, описывает это качество человеческим словом. Он называет Бога милосердым, то есть имеющим милующее сердце. Мы знаем, что Бог есть Дух, без вида и образа, что Он бесконечен, всесовершенен, непостижим и неописуем никакими словами. Но ради того, чтобы мы поняли, как должны относиться друг к другу и в чем можно уподобиться Богу, называет Его Отцом с милующим сердцем. Этот образ понятен и знаком всем, он взят из жизни. Бог изображен в этом поучении Спасителя милосердным, добрым Отцом, и мы так и взираем на Него: как на своего Отца, Который все нам прощает, во всем нас милует и жалеет, потому что у Него доброе, милующее сердце. Он не может поступить иначе. Так добрый человек не умеет отвечать злом на зло, не может рассердиться, отомстить, сказать грубое слово, потому что ему это несвойственно, его сердце – милующее. Тем более, если этот добрый человек является нашим родным отцом; таким сравнением Господь делает этот образ особенно ярким. Как Он может своих любимых детей, будучи милосердным, наказать, пусть даже заслуженно? Теперь нам, людям без всякого духовного опыта, имеющим каменное сердце, становится понятным, в чем мы должны уподобляться Богу. Мы обязаны понимать, что нужно относиться к ближним так, как хотим, чтобы они относились к нам, – так, как относится к людям милосердный Небесный Бог Отец.

Читайте также:  Святой пророк Захария и святая праведная Елисавета, родители Иоанна Предтечи

Легко ли достичь этого состояния? Чрезвычайно трудно, почти невозможно, потому что мы отпали от Божественной любви, стали необыкновенно далеки от совершенства, которое было даровано нам при творении. Благодатью святого Крещения все доброе в нас было возобновлено, и наше естество восстановлено, тем не менее, и эту благодать мы утратили, поэтому нам так трудно вновь двигаться вперед, восстанавливать в себе утерянное и разрушенное, собирать разрозненное, разбитое. Однако если мы не будем этого делать, то тогда действительно ничего не добьемся и никогда не постигнем даже умом, что же скрыто за этими евангельскими словами. Если же станем себя понуждать и трудиться над собою, делать то, что должен был бы делать любящий человек, пользоваться этим прекрасным, совершенным, в немногих словах переданным нравственным принципом, то постепенно наше сердце начнет оживать.

Нужно иметь в виду, что когда человек трудится над совершением какой-либо добродетели, то он приобретает навык, возникающий естественно при многократном совершении одного и того же действия. Вырабатывается опыт, человек видит свои ошибки и учитывает их в следующий раз, постепенно все более и более совершенствуя свои действия. Но в духовной жизни помимо собственно навыка присутствует и нечто другое, более важное: по мере нашего понуждения и старания начинает действовать благодать Божия. При этом «награда великая» или «мзда многа», как сказано по-славянски, дается по мере исполнения заповеди, а не после окончательного ее исполнения, являясь одновременно и вознаграждением, и укреплением человека для большего совершенствования в заповеди о любви. Постепенно наше сердце начинает оттаивать, оживать и действительно превращается из каменного, как сказал , в плотяное (см. Иез. 11, 19), то есть живое. Пусть мы мало преуспели в любви, но все же что-то приобрели: мы стали живыми людьми, начали, по крайней мере, что-то чувствовать. Это уже много по сравнению со страшным, бесчувственным, окаменелым состоянием, в котором мы находились. в этой заповеди бесконечно, как бесконечна, всеобъемлюща и безгранична любовь Божия к человеческому роду и ко всему сотворенному миру. Поэтому пусть малопреуспевший утешается тем, что хотя бы прикоснулся к этому безграничному совершенствованию, а преуспевший много пусть смиряется, думая, что только начал исполнение заповеди Спасителя о любви.

В жизни будущей любовь, как сказал апостол Павел, «пребудет» (см. 1 Кор. 13, 1–13). Вера и надежда существуют до времени, вера – пока мы не знаем, надежда – пока еще не получили того, что обещал нам Бог, а любовь пребывает всегда, потому и совершенство в ней бесконечно. Человек, совершенствующийся в этой добродетели, правильнее сказать, человек, получающий благодать – ибо истинная любовь есть благодать Божия, – будет испытывать такое многообразие самых прекрасных чувств и ощущений, пребывать в таком блаженстве, в непостижимом, глубочайшем, неописуемом счастье, что это, казалось бы, простое чувство, любовь, наполнит смыслом всю его жизнь. Настолько велика и всеобъемлюща эта добродетель, что вся вечность благодаря ей наполнится смыслом. Кто не познал сказанного в Евангелии на деле, хотя бы в малой степени, насколько это возможно для людей живущих на земле, тот не может постичь этой сладости, этого всеобъемлющего переживания. Тот же, кто хотя в малой степени его испытал и правильно понимает учение святых отцов, описывающих пережитый ими опыт любви к ближним, – поймет, что ради этой единственной драгоценной жемчужины можно продать все, отречься от всего, и сделать все, только для того чтобы приобрести ее (см. Мф. 13, 46), потому что она бесценнее всей нашей жизни, бесценнее всего мира.

Похожие статьи:

Рекомендованная статья

Неделя 22-я по Пятидесятнице. О вере в помощь Божию

Неделя 24-я по Пятидесятнице. О вере в помощь Божию

Мы получим исцеление только в том случае, если умом прикоснемся к Господу с такой верой, какая была у этой женщины, если будем с дерзновением преодолевать свое неверие и пробиваться сквозь мешающую нам толпу греховных помыслов и всевозможных суетных обстоятельств. Однако ничто не принесет нам пользы, если мы будем делать это без веры, по крайней мере, без понуждения себя к ней. Как не принесло пользы присутствие Спасителя многим и многим людям, окружавшим Его, но не имевшим веры. Спаситель ясно сказал: «Вера твоя спасла тебя».

Один комментарий

  1. Раба Божа Елена

    Дякую Вам! Читаючи ці слова хочеться любити, постійно перебувати в цьому блаженному стані, вчитися любити всіх. Над чим і будемо працювати! Спаси Господи! Слава Богу за все